vchilka.in.ua 1 2 3 4

Щшивіе шеращы Екатерины II ві юмув Россію въ 1787 г.

I.

Предноложенія о путешествіи въ 1783 и 1785 гг.—Интриги противъ Потемкина. —Рѣ- шеніе путешествія въ 1787 году. — Приготовления и распоряженія.Неудавшѳеся предположение взять съ собою великихъ князей Александра и Константина Павло­вичей.—Послѣдній придворный вѳчеръ въ Царскомъ Селѣ.

Путешествіе на югъ Россіи было задумано императрицею Екатериною еще въ 1780 году, и объ этомъ она говорила тогда же императору Іосифу ІІ-му, при свиданіи съ нимъ въ Могилевѣ, и напомнила ему въ 1786 году, когда путешествіе это было рѣшено окончательно 1).

Нѣтъ сомнѣнія, что желаніе императрицы въ 1780 году видѣть южныя губерніи, было тогда въ тѣсной связи съ ея надеждами на пріобрѣтеніе Крыма, и когда эти надежды, въ 1783 году, осуществились, то весьма понятно, что она, не теряя времени, рѣшила совершить поскорѣе эту поѣздку, и приказала дѣлать всѣ предварительныя распораженія. Остановка же прои­зошла только отъ полученныхъ свѣдѣній о появившейся чумѣ на южныхъ окраинахъ Россіи. Въ особенности же торопили императрицу враги Потемкина, въ надеждѣ, что она убѣдится лично въ безпечномъ управленіи Потемкина ввѣреннымъ ему краемъ, войсками и растратѣ имъ суммъ.

Главными врагами Потемкина при дворѣ въ это время были Воронцова, Безбородко и довѣренное при государынѣ лицо Алек- сандрь Дмитріевичъ Ланской; ихъ агентомъ при императрицѣ была знаменитая княгиня Екатерина Романовна Дашкова. Сынъ ея, полковвикъ, бывшій передъ этимъ дежурнымъ при Потемкинѣ, разсказывалъ императрицѣ о разныхъ неустройствахъ въ вой- скахъ, о распространеніи чумы вслѣдствіе безпечности и слабаго управленія Потемкина, о томъ что иностранцы, выписанные для населенія пустопорожнихъ земель, всѣ померли за непри- готовленіемъ для нихъ жилищъ и всѣхъ удобствъ, что раздача земель производится безъ порядка и съ большими злоупотребле- ніями и пр. пр. 2); къ придворной интригѣ присоединился и графъ Петръ Александровичъ Румянцевъ, ненавидѣвшій Потем­кина. Румянцевъ, въ донесеніяхъ своихъ о заразительной болѣзни, распространившейся во ввѣренныхъ ему губерніяхъ, обвинялъ Потемкина въ томъ, что распространеніе чумы въ южныхъ гу- берніяхъ произошло отъ его нераспорядительности и безпечности *).


Императрицѣ не нравились эти наговоры на Потемкина ), но она сообщила ихъ Потемкину. Раздраженный князь отвѣчалъ въ своемъ объясненіи:

Еслибы графъ Петръ Александровичъ тѣ порядки въ раз- сужденіи язвы дѣлалъ у себя, которые предписиваетъ моей губерніи, то бы было полезнѣе. Писать и дѣлатьдвѣ вещи раз- ныя; я и описаніе его сіятельства вижу и губерніи его также знаю. Приближеніе зимы подаетъ надежду къ уничтоженію въ конецъ язвы, тѣмъ паче, что я скоро буду просить позво- ленія самому ѣхать. Чѣмъ полагаться на билеты, даваемые отъ моихъ заставь, не лучше-ли на границѣ малороссійской проѣз- жающихъ безъ разбору окуривать? Сіе-бы долженствовало графу Петру Александровичу тотчасъ сдѣлать“ 34).

До Потемкина доходили свѣдѣнія объ интригахъ,—но онъ въ это время былъ боленъ и не въ силахъ былъ ѣхать въ Пе- тербургъ. Императрица, какъ будто по предчувствие, что до него могутъ доходить придвориыя сплетни, утѣшала его въ пись- махъ: „Будь увѣренъ, что никому не подчиню тебя кромѣ себя (Письмо августа 13, 1783. Р. Стар. 1876, май, стр. 47). Въ другомъ письмѣ: „Сдѣлай милость вспомни въ нынѣшнемъ слу- чаѣ, что здоровье твое въ себѣ какую важность заключаетъ: благо имперіи и мою славу добрую; поберегись ради самаго Бога, не пусти моей просьбы мимо ушей; важнѣйшее предпргя- тіе въ свѣпгѣ безъ тебя превратится ни во чго“. (Письмо отъ 11 сент. 1783. Р. Старина, 1876, май, стр. 49). Любопытно разга­дать, о какомъ важнѣйшемъ предпріятіи въ свѣтѣ, напоминаетъ императрица Потемкину?

Депеши иностранныхъ посланниковъ изъ Петербурга къ ихъ дворамъ, особенно прусскаго, указываютъ на какой-то гре- ческій проектъ, созданный Екатериною совмѣстно съ Потемки- нымъ, и состоявшій, по мнѣнію современныхъ дипломатовъ, въ проектѣ императрицы: изгнать турокъ изъ Европы и возстано- вить греческую имперію, и что исполненіе этого проекта нач­нется войною съ Турціею'). Можетъ быть, такой проектъ и война съ Турціею и задумывались Екатериною и Потемкинымъ, но къ войнѣ съ Турціею въ Петербургѣ не относились сочув­ственно ни придворный кружокъ близкихъ людей, ни государ­ственные дѣятели, а личные враги Потемкина, которыхъ было много, особенно потому были противъ войны, что успѣшное веденіе и окончаніе ея возвысить еще болѣе ненавистнаго имъ гордаго и самостоятельнаго, своенравнаго свѣтлѣйшаго князя Григорія Александровича.


Между тѣмъ, въ надеждѣ скораго прекращенія чумы въ южныхъ окраинахъ были сдѣланы предварительныя распоряженія

о путешествіи императрицы весною 1784 года. Маршрутъ со- ставленъ былъ чрезъ Смоленскъ, Кіевъ, въ Херсонъ, отсюда обратно чрезъ Кременчугъ, Полтаву, Нѣжинъ, въ Черниговъ и обратно. Велѣно было исправлять дороги и устраивать путевые дворцы 2). 8-го сентября Потемкинъ донесъ императрицѣ, что в

ъХерсонѣ „прилипчивая болѣзнь еще продолжается". И путеше- ствіе было отложено3).


Потемкиъ былъ въ это время боленъ—императрица очень была огорчена. 29 сентября Ланской пишетъ къ нему: „Батюшка Григорій Александровичъ! Вы не можете себѣ представить, сколь чувствительно огорченъ я болѣзнію вашею; несравненная наша государыня—мать тронута весьма сею вѣдомостью и неутѣшно плачетъ... 4) Въ октябрѣ 1783 императрица сама писала къ нему: „Дай Боже, чтобы ты поскорѣе выздоровѣлъ и сюда возвратился. Ей, ей—я безъ тебя, какъ безъ рукъ весьма часто, паче всего сдѣлай милость побереги себя“ 5).

Потемкинъ, наконецъ, пріѣхалъ въ Петербургъ, и прусскій посланникъ донесъ 26 декабря 1783 года6): „Императрица была недовольна медленностію его (Потемкина) распоряженій и ей наговорили много о неустройствѣ арміи... Графъ Воронцову Безбородко и Ланской много способствовали, чтобъ поссорить императрицу съ Потемкинымъ. Ссора эта продолжалась три недѣли, но теперь Потемкинъ помирился съ Безбородко и импе­ратрица благосклонна къ нему по прежнему“.

Въ мартѣ 1784 г. Потемкинъ уѣхалъ изъ Петербурга, со­вершенно покойный, но скоро принужденъ былъ возвратиться по случаю болѣзни императрицы. 25 іюня 1784 г. умеръ Але- ксандръ Дмитріевичъ Ланской. Прусскій посланникъ доносилъ своему королю: „Императрица нездорова, въ лихорадкѣ, запер­лась въ своихъ комнатахъ и никого къ себѣ не допускаетъ, кромѣ великаго князя и великой княгини и то на нѣсколько минутъ. Послали нарочнаго за княземъ Потемкинымъ. 8-го іюля при- скакалъ князь Потемкинъ прямо въ Царское Село, проѣхавъ 1700 верстъ въ 5 сутокъ. Пріѣхалъ также и графъ Ѳедоръ Григорьевичъ Орловъ, вызванный самою императрицею. Силы императрицы были такъ слабы послѣ сильной лихорадки, и нервы были такъ разстроены, что она принимала, сидя за шир­мами, и вела разговоръ, не показываясь" ').


Весь іюль и августъ мѣсяцы императрица провела въ Цар- скомъ Селѣ, уединясь такъ, что не приглашала никого къ сво­ему обѣду, что и записано въ камеръ - фурьерскомъ журналѣ изо дня въ день обычною фразою: „обѣденное кушанье ея вели­чество изволила имѣть во внутреннихъ своихъ апартаментахъ на одномъ кувертѣ". Только 17-го іюля въ первый разъ импе­ратрица выѣхала прогуляться въ коляскѣ со свою вѣрною камеръ- юнгферою Марьею Савишною Перекусихиною 7).

Но въ это время, въ тихомолку, незамѣтно для при- дворнаго кружка, происходила борьба между двумя непри­миримыми врагами: Потемкинымъ и графомъ Ѳедоромъ Орло- вымъ. До 20 августа съ 14 іюля Потемкинъ не былъ пригла- шаемъ ко двору—но Орловъ постоянно. Съ 20 августа По­темкинъ ежедневно, Орловъ до сентября все рѣже и рѣже ). Побѣдилъ Потемкинъ и Орловъ, уѣзжая въ Москву, написалъ къ своимъ роднымъ и друзьямъ, что, несмотря на оказываемую ему дружбу императрицею, онъ уѣзжаетъ, не будучи въ силахъ бороться съ Потемкинымъ34). Орловъ, какъ видно изъ Камеръ- фурьерскаго журнала, съ 20-го августа былъ все рѣже и рѣже приглашаемъ къ императрицѣ, а въ сентябрѣ ни разу—и, по словамъ посланника, уѣхалъ 14 октября 1784 изъ Петербурга.

Пока разыгрывалась борьба у Потемкина съ Орловымъ, при дворѣ было какое-то уныніе, всѣ чего-то боялись, чего-го ждали и никто не могъ предвидѣть, чѣмъ все это кончится; приближенные съ болыпимъ страхомъ смотрѣли на душевное настроеніе императрицы отъ потрясенія нервовъ ея при неожи­данной смерти Ланского... Петербургъ также стихъ, увеселеній не было, шепотомъ передавали другъ другу о происходящемъ въ Царскомъ Селѣ.Вдругъ, 5-го сентября, въ 8 часовъ вечера, загремѣла пушечная пальба съ обѣихъ крѣпостей, съ Адмиралтейской и Пе­тропавловской. Вѣсть, неожиданная какъ молнія, пролетѣла по всему городу: императрица возвратилась на жительство въ Зим- ній дворецъ! Какая была тому причина остается загадкою — извѣстно только, что 5-го сентября въ 7 часовъ вечера въ Цар- скомъ Селѣ императрица приказала камердинеру своему, Бразин- скому, приготовить къ подъѣзду у парадной лѣстницы, передъ китайскимъ подъѣздомъ, двухмѣстную карету, запряженную въ шесть лошадей, и затѣмъ сѣла въ нее съ камеръ-фрейлиною Анною Степановною Протасьевою и приказала ѣхать въ Петер­бургъ, прямо въ Зимній дворецъ.

Въ первое же воскресенье, 8-го сентября, въ первый разъ

следующая страница >>